Парадокс в мистической любви философии Майстера Экхарта

EkhartMПарадокс, к использованию которого часто прибегает мистическая богословская литература, не встречается в традиционных формах философии, для которых характерна рационально-дискурсивная методо- логия. Метафизика Майстера Экхарта, будучи мистической формой постижения мира, обращается к трансцендентной сущности посредст- вом гностико-интуитивного духовного опыта.

Она же часто развертыва- ется мистом посредством использования приема парадокса, поскольку он дает возможность максимально приближенно выразить адекват- ность сверхрациональной сущности. Сущность самого парадокса мож- но выразить только парадоксально – это способ выражения невырази- мости сверхсознательной сферы чистого Духа, Абсолютной истины.

Парадокс не выражает трансцендентное дискурсивно, но ставит себе целью передать отношение к нему. Поскольку в мистико-экстатическом единении объект отсутствует, парадокс не может определить его, равно как и субъект. Однако этот прием стремится показать интровертное впечатление, состояние целостности, которое в силу ограниченности логико-рациональных понятийных форм невыразимо [Шабанова Ю. О. Трансперсональна метафізика Майстра Екхарта. В контексті розвитку європейської філософії: Монографія / Ю. О. Шабанова. – Дніпропетровськ: Національний гірничий університет, 2005. – С. 238].

То, что разум обычно воспринимает как абсурдное, преодолевается в сверхприродном духовном опыте откровения. Парадокс, будучи вы- ражением духовного, таким образом, выступает теологической катего- рией. Верующий человек мыслит парадокс как форму ортодоксии.

Вопреки этому, когда встает вопрос о поиске рационально-системного оправдания для догмы, парадоксальность прорывает границы религи- озного опыта. Парадокс освещает противоречия: земное и религиозное знание, мнение мира и содержание веры, логико-рациональное и ин- туитивно-экстатическое. В определенном смысле все перечисленное ближе методологическим принципам теологии, чем философии. Однако данная специфика, как стилистическое выражение, так и форма про- никновения в сущностное свое наибольшее применение находит в мис- тической разновидности парадоксальности.

Методологически парадокс следует определять не в антиномическом противопоставлении формально-логическому мышлению, как нечто «про- тиворечащее здравому смыслу», а как иную нерациональную плоскость выявления истины, средством чего выступает критическое напряжение смысловых противоположностей [Философский энциклопедический сло- варь / ред.-сост. Е. Ф. Губский и др. – М.: ИНФРА-М, 1998. – С. 576,], по- тому и стаёт возможным обнаружение глубины максимального прибли- жения к целостному впечатлению о трансцендентном.

Так, сфера духа, являясь предметным пространством философии Майстера Экхарта находит возможность семантической манифестации через парадокс. В своих богословских текстах Экхарта использует па- радокс не с целью передать информацию, а с целью вызвать опреде- лённое переживание, которое, в свою очередь, помогает подойти вплотную к представлению об иррациональном, максимально прибли- женном к трансцендентному. Приём парадокса в творчестве миста, будучи попыткой выразить невыразимый опыт духовного миропонимания, находит свое выражение не в языке понятий, а в «языке любви».

Понятие, которое подчинено закону тождества не терпит парадокса, ведь тот отвергает бинарную оппозиционность и дискретность мышления. Тогда как природа пара- докса в своей сущности исключает противополагание в силу созерца- тельности целостного или максимального приближения к нему.

Так, парадокс, основываясь на абсурдном, с точки зрения формальной логики, в учении Экхарта способствует созданию критического на- пряжения мышления. Благодаря этому открывается поле возможностей и способности вырваться из формализовано, откинув ограниченные возможности логико-теоретической системности и расширив сознание до смыслового восприятия созерцательных образов.

Таким образом, важность приема парадокса обуславливается, пре- жде всего, его стремлением не столько логическим понятийным спосо- бом выразить трансцендентное, сколько его целью передать отноше- ние к трансцендентному. В мистико-экстатическом единении отсутствует объект как таковой, поэтому представляется важность в том, чтобы передать само впечатление, полученное в акте. Именно парадокс яв- ляется «языком» любви, так как мистико-экстатическую сферу духовного поиска невозможно выразить рационально.

Автор Е. С. Бакурова.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *