Философия смерти и бессмертия в философии С. Кьеркегора и М. Хайдеггера

smertiПроблема смерти в её естественном осмыслении непременно свя- зана с завершением жизненного цикла. На этом уровне вопрос «А есть ли нечто живое, что не подвержено смерти?» не актуален и в какой-то степени неправомерен. Умирает всё: растения, животные и люди. Та- ким образом, наше существование подвержено нахождению в поле развертывания бесконечного умирания, что делает смерть, с позиции жизни, довольно обыденным явлением, естественным фактом.

Это происходит ровно до тех пор, пока мы рассуждаем об этом отвлеченно, то есть смерть предстает как феномен внешнего окружающего нас мира. Данное отношение терпит градацию в обыденном опыте, когда умирают люди, еще более явно, когда это происходит с близкими нам людьми, тогда смерть становится «ближе» к нам. Она проникает в соз- нание, провоцируя тем самым процесс своего осознания. Безусловно, этот процесс может получать противоположное развитие, когда человек самостоятельно пытается осознать смерть без обязательного влияния со стороны её проявления.

Так или иначе, но неизменным остается то, что «человек – единственное существо, которое осознает сою смерт- ность и может делать ее предметом размышления» [Фролов И. Т. О жизни, смерти и бессмертии. Этюды нового (реального) гуманизма / И. Т. Фролов // Вопросы философии. – 1983. – № 1.]. С этого момента, как я считаю, возможно говорить о философском переосмыслении философии смерти, исходным пунктом которого явля- ется человек. В философском дискурсе, начиная с экзистенциализма, проблема смерти выходит на первый план.

Как отмечает Е. А. Кленина в статье «Диалектика жизни и смерти: онтологический аспект»: «От полного нев- нимания и отчуждения темы смерти, фигурировавшей у философов Нового времени, экзистенциальная философия проделала путь к пони- манию смерти как основы бытия, как того, что входит в сущностную структуру самого бытия, придавая человеческому существованию мо- дус аутентичного присутствия» [Кленина Е. А. Диалектика жизни и смер- ти: онтологический аспект / Е. А. Кленина //Известия Волггту. – 2011. – № 7. – С. 49-52.].

Так это или нет, проследим на основании анализа проблемы смерти у С. Кьеркегора и М. Хайдеггера. Первого принято считать предтечей экзистенциализма, а второй, хотя и отрицал свою к нему причастность, является его неотъемлемой составной частью.

В результате моего исследования концепция смерти и бессмертия у С. Кьеркегора имеет следующую структуру: нахождение в христианском контексте обуславливает понимание человека как соединения духовно- 136 го и телесного, вечного и преходящего. Это деактуализирует понимание смерти как конца существования вообще, то есть смерть предстает «несмертельной», она «перевалочный пункт» на пути к вечности. Но это только для христианина, которым нужно еще стать.

В этом отношении, смерть играет смыслообразующую роль, ведь её можно воспринимать в двух модусах: «смерть как конец», то есть последняя возможность, по С. Кьеркегору, нивелирует потенцию стать христианином, следователь- но, спастись; «смерть как начало» предполагает «после-смертие», то есть Бога как возможность возможностей для Единичного. Это предпо- лагает дифференциацию бессмертия как возможности, которая нали- чествует на этапе «до-смерти» и бессмертие как реальность, о которой не следует говорить, а лишь верить и надеяться.

Концепция смерти и бессмертия у М. Хайдеггера предполагает принципиально иной ракурс, при котором возможностью возможностей становится смерть, а не бессмертие (Бог). Dasein есть совокупность бытийственных возможностей, последней из которых является смерть. Существуя в неподлинном модусе, Dasein забывает о своей смертно- сти, разбрасывая себя в мире наличных вещей.

Таким образом здесь оно всегда «нецелостно» и при встрече опыта смерти Другого актуали- зируется ужас перед своей смертью в том случае, если Dasein ставит себя на место Другого как умершего. Ужас перед смертью вырывает Dasein из неподлинного модуса и приводит к аутентичному бытию, где смерть осознана как возможность возможностей, последний штрих твоей целостности. С осознания своей смертности, человек предстает как проект, имеющий начало и конец.

Смерть играет смыслообразую- щую роль в проектировании, ведь дает ощущение «счета времени». О бессмертии у М. Хайдеггера можно говорить лишь в контексте непод- линного модуса Dasein, как о памяти. Человек умирает, но остается больше, чем просто вещью, ведь он жил. Человек общался с другими, которые после его смерти могут о нем помнить.

Я считаю, что тема смерти и бессмертия является актуальной, и особенно актуальна в реалиях нашей страны. В положении военного конфликта, с экранов телевизоров мы часто слышим о погибших воинах, мирных жителях, среди которых женщины, дети, старики. Смерть не щадит никого и вселяет экзистенциальный ужас. При этом особенная роль отведена философии в объяснении данного феномена, поэтому для своего исследования избрала мыслителей экзистенциалистов, которые осмысливали понятие смерти в при- ближенных к нашим реалиям.

Автор М. В. Павел.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *